Кто такие Hospital?

id325-1

Группа Hospital уже успела выступить на одной сцене с Lana Del Rey, The Neighbourhood и The Drums и скоро выпускает новый альбом. «Воскресенье» выведало у парней, откуда пришли к нам Hospital, появятся ли в ближайшее время русские Arctic Monkeys и причём тут готический дэнс.

Какую музыку вы сами слушаете, чем вдохновляетесь?

Я (Егор, фронтмен — прим. ред.) слушаю группу «Кино» в последнее время. Всегда терпеть не мог Виктора Цоя, но недавно посмотрел фильм «Дурак», там играла песня «Спокойная ночь». Я подумал: «Блин, это такой крутейший пост-панк!»

А из новых альбомов?

(Володя, барабанщик — прим. ред.) Мэрилин Мэнсон — последний его альбом хороший. Milo Green отличный вот выпустили. Рианна совместно с Полом Маккартни и Канни Уэстом выпустили офигительную песню.

А я (Андрей, гитарист — прим. ред.) сейчас пробежался по шугейзу — My Bloody Valentine, Cocteau Twins, Ride.

Ну а современная российская андеграундная сцена — что на ней происходит сейчас,и какое место здесь занимаете вы, как вы считаете?

Да бог его знает, что там происходит. Мне кажется, в России андеграундная музыка — это вся, о которой мы не знаем. Всё остальное уже не андеграунд. В Комсомольске-на-Амуре, например, есть группа, которая выступает со свиными головами на сцене.

Вы себя соотносите больше с мейнстримом, чем с андеграундом?

В той или иной степени. По крайней мере, нам хотелось бы. Я думаю, если ты ставишь перед собой цель «я хочу играть в популярной группе» или «я хочу, чтобы мои песни слушало очень много народу», то ты так или иначе стремишься в мейнстрим. Иначе нет смысла что-то делать — ты можешь сидеть у себя дома и писать песни в ванной. Ну и время от времени сделать вечерок, позвать друзей. Отыграть в Бибирево на кухне.

Расскажите, сразу ли всё так удачно и легко сложилось, пришла популярность?

Не сразу. Ведь до этого же была группа «Слайды», русскоязычный проект — он был как раз андеграундный.

Почему такой достаточно резкий скачок был между «Слайдами» и Hospital?

Прошло как минимум полтора года после того, как группа «Слайды» прекратила существовать, и в стилистическом плане произошёл некий скачок. Это в первую очередь песен касается, потому что я (Егор — прим. ред.) писал песни для «Слайдов» на русском языке, но основу всегда делал под английский текст – то есть стихи всегда были на английском языке, потому что мне так легче писать. Соответственно, когда я понял, что мне незачем делать двойную работу, что можно писать тексты сразу на английском, стало понятнее, как с мелодиями работать.

id325-2

Мы всегда работали. Егор работал с интернетом, рассылал материал кому-то: часть в Россию, часть в Америку, куда-то ещё. И, на самом деле, зацепились-то сначала иностранные блоги, а потом уже оттуда сюда пошло. Это всё менеджерская работа, не творческий какой-то процесс, а постоянный большой, титанический, я бы даже сказал, труд. Посредством труда и капиталовложений, правильных контактов, связей раскрутить можно любую группу.

В России вообще это большая проблема — нет хороших менеджеров. Потому что всем очень лень, или все думают: «Ой, я же такой творческий, как я буду заниматься рассылками, спамить?» Я (Егор — прим. ред.) это делал потихоньку, пока у нас не было менеджера, теперь у нас есть Андрей — отличный менеджер, разница сразу ощущается.

Тем не менее, вы же не можете обвинить в текущем положении дел работу российских менеджеров – возможно, сложилась определенная ситуация на рынке?

В России нет рынка никакого. Будем романтиками, не будем вычеркивать фактор самой музыки, того, насколько она интересная. Нам повезло несколько раз, только за счёт музыки нам поступили какие-то предложения.

Вообще, самая большая проблема всех, наверное, групп — донести музыку до слушателя, чтобы как можно больше людей её услышало. И такие концерты, на которые заведомо приходит много народу, дают начинающим коллективам очень неплохой шанс показать себя. После концертов с Ланой Дель Рей и The Neighbourhood мы ощутили приток слушателей в геометрической прогрессии. Ну или как минимум в арифметической. Это как сёрф: ты ловишь волну и двигаешься на этой волне. Мне кажется, это со всеми работает одинаково: Pompeya, On-the-go — все эти группы поймали свою волну и долго и упорно старались держать планку, они молодцы. Хотя я максималистично утверждаю, что нет рынка и нет мейнстрима, и всё это фигня, чувствуется определённое движение – как было когда-то с нью-вэйвом или брит-поп музыкой в Англии. В России вообще ничего такого не было, только в тяжёлой музыке — альтернативной.

Какие, например, группы появляются в России?

Malinen — парень из Питера. Он делает очень красивый акустический фолк, очень тонкий, на английском языке. Есть группы, которые уже не новички — те же Bajinda behind the enemy lines. Вообще считаю, что это лучшая группа в России. Да, у них новый вокалист, но не хуже старого, и можно считать, что это новая группа, потому что материал совершенно другой. Даша Шульц, Parks, Squares and alleys — коллектив из Хабаровска. Группа Sistra ещё из Хабаровска, они сейчас пишут новый альбом, он будет очень крутой. Вообще, много хороших альбомов выходит в этом году, в том числе и наш.

id325-3

Расскажите о новом альбоме, чем отличаются новые песни от старых записей?

У нас была большая проблема с первым альбомом — он был похож на мозаику: семь песен, которые могли войти в любой другой альбом любой другой группы. С новой пластинкой мы решили, что должны сделать альбом, который будет слушаться как альбом, из которого нельзя будет выкинуть ни одной песни. И мне кажется, у нас всё получилось. Мы ещё не совсем закончили, осталось пару песен записать. Альбом будет более мрачным, с более «жирным» звуком, там будет готический дэнс и всякие странные штуки. Мы, на самом деле, сами удивились тому, что сделали. Пока нам очень интересно работать и наблюдать за тем, что получается, но, наверное, он будет не такой плотный, если так можно сказать, напористый в плане настроения. Стало меньше гитар, больше синтезаторов и больше минора. В некоторых песнях больше электронного звука.

Работает ли с вами продюсер? Или вы всё сводите сами?

Да, конечно, есть у нас друг, человек, который помогал нам с первым альбомом — его зовут Костя Буглевский (участник группы Leopard Bonapart), и его вклад в этот альбом «более лучший». Он очень нам помогает, особенно в том, что касается синтезаторов, всякого электронного звучания.

Вы используете старые винтажные синтезаторы?

Как раз сейчас — да. Мы специально для этого альбома заморочились и решили использовать синтезаторы Yamaha DX7, потому что на нём писали в 80-е. Это как в Disintegration первая песня, Plainsong — там вступают синтезаторы, дерьмовые, в общем, старые синтезаторы. Мы нашли такой же и в каждую песню его засунули — этот синт и сделал звук на новом альбоме.

А присутствуют на альбоме какие-либо новые инструменты, которые вы раньше не использовали?

Звук волшебства — у нас есть кастаньеты. Мы не хотели перегружать звук разными инструментами, мандолинами, скрипками, чем-то ещё. Он в целом разрежённый, в нём воздух присутствует, он не перегружен какими-то сложными партиями, наоборот — всё можно напеть.

По-моему, это здорово, когда можно напеть песню.

Мне кажется, главная фишка нашей группы в том, что мы большую очень ставку делаем на мелодии: сначала делаем мелодию, а потом уже аранжировку. Сами песни не от битов пишем, типа, отстучали на драм-машине — опа, рифачок, а теперь я чего-нибудь напою, неважно, что там получится. Любую нашу песню можно сесть и сыграть на гитаре в подъезде, и мне кажется, это офигенно.

Фотографии: Надежда Панина